"С сентября прошлого года страна находится в лихорадке" (видео) - Дмитриев #ЗаПравду

Беларусь вышла из программы «Восточное партнерство». Это очередной шаг белорусской власти в закрытию западной двери. К тому, чтобы никаких реальных серьезных контактов не было. Это изоляция, которая нарастает с двух сторон.

Сегодня пришли в офис компании «Модум». То есть, за продуктами сходили в «Green», за бытовой техникой — в «21 век» сходили, за дверьми в – «Юркас». Теперь пришли за косметикой. Совершенно понятно, что все это ведет только к уменьшению поступлений налогов в бюджет.

Мы провели первый онлайн-съезд по учреждению оргкомитета «Нашей партии». Мы полгода назад собрались инициативной группой для того, чтобы создать «Нашу партию», полгода работали, разговаривали, спорили, дискутировали. В итоге разработали устав, приоритеты программы, сегодня официально провели онлайн-съезд по созданию оргкомитета.

«Вечерний стрим», меня зовут Андрей Дмитриев. Обсуждаем итоги последних трех дней. Новости сыпятся на нас, и не верится, что мы живем в это время, что мы читаем это, что это про нас эти новости, но это не значит, что их не надо анализировать, не нужно думать о том, что происходит в стране, не нужно думать, как действовать нам. Сегодня мы поговорим кратко с вами про выход Беларуси из программы «Восточное партнерство», про историю с Алиной Касьянчик, гособвинителем, которую признали потерпевшей по делу о выселении из квартиры. Поговорим про «денег нет, но вы держитесь», про белорусский антирекорд с 16 мая на рынке труда. Поговорим про то, что делаем мы даже в этих условиях, как мы продолжаем.

Вы знаете, у меня такое ощущение, что начиная где-то с сентября прошлого года страна находится в лихорадке. Я не медик, но все, что я видел в кино про лихорадки, это когда человек совершенно не контролирует свое тело, когда человека лихорадит, когда у него повышенная температура, это постоянный перегрев, скажем так, человеческой системы. Лихорадка, которую я знаю такого рода — это золотая лихорадка, история, когда поехали искать золото, и все гонялись за этим золотом. Вот мне кажется, что в Беларуси такая лихорадка без золота, и мы поговорим про это прямо сейчас в «Вечернем стриме».

Начнем с главной новости последних дней. Беларусь вышла из программы «Восточное партнерство». Евросоюз построил единую систему взаимоотношений со своими соседями на восточных рубежах. Это была единая политика, единая координация и со стороны Евросоюза, и с нашей стороны, и сейчас остановка этой программы — очередной шаг белорусской власти в закрытию западной двери. К тому, чтобы никаких реальных серьезных контактов не было. Это изоляция, которая нарастает с двух сторон. С одной стороны — Запад, который увеличивает эту изоляцию. Так, например, пришла информация, что сегодня Европейский вещательный союз приостановил в нем членство БГТРК. Это значит, что БГТРК больше не сможет транслировать, например, футбольные матчи, музыкальные мероприятия и так далее, и так далее. Также, например, пришла новость, что «Rolls-Royce» полностью остановил сотрудничество с «БелАЗом». Напомню, что «Rolls-Royce» занимался двигателями для БелАЗа. И то, что есть сегодня, это маленькая вершина айсберга, которую видим. И в данном случае своим решением белорусская власть, конечно, очень обрадовала Кремль, который в свое время был крайне против того, чтобы Беларусь, как и Украина и, например, другие страны, участвовали в этой программе. Просто потому, что эта программа сближает эти страны с Европой.

Программа «Восточное партнерство» имела конкретное, в том числе финансовое, измерение. При том, скажу я вам, Беларусь в этой программе могла бы получать в разы больше денег, если бы белорусская власть была более открыта к диалогу, готова больше проводить мероприятий и действовать на западном направлении. Но даже в таком усеченном виде, в котором мы участвовали, смотрите, что мы имеем. Предприниматели потеряют микрокредитов на 14 миллионов евро в год, а с ними и местные власти, которые также активно пользовались этими инструментами. Водители, которые пользовались дорогой М7, ее ремонт будет, скорее всего, приостановлен или заморожен, потому что 110 миллионов евро, которые выделялись безвозмездно в рамках программы, заморожены. Также выделялись деньги на реконструкцию 12 мостов. В общей сложности ЕБРР и Европейский инвестиционный банк выделяли Беларуси около 500 миллионов евро в год. А также по программе поддержки научных исследований «Horizon» было реализовано более 50 научных проектов, за 6 лет действия программы объем финансирования составил около 7 миллионов евро. И конечно, думать о том, что вот это вот все и даже больше Россия компенсирует — нонсенс. Совершенно понятно, что этой компенсации не будет. Например, по ученым, что логичнее всего делать сегодня Кремлю? Да очень просто — перекупать ученых, пускай едут в Москву работать, в Питер работать, в наукограды работать, там будут нормально работать и получать. Конечно, гораздо хуже придется регионам.

Я сейчас веду разговоры с разными европейскими политиками вот о чем. Все сконцентрировались на этих санкциях, но очень важно, чтобы мы говорили не только про санкции и про то, как побольнее ударить, а все-таки говорили о том, как должен рядом идти нарастающий пакет поддержки. Поддержки белорусского общества, поддержки реального белорусского малого и среднего бизнеса, поддержки белорусов в сложное время, поддержки белорусских студентов, которые должны иметь возможность получать образование, желательно, конечно, дистанционно, но такое же бакалаврское и магистерское. Можно много говорить о разных программах, и в том числе у нас есть прописанные шаги, которые сегодня может делать Европейский союз и вообще Запад для того, чтобы поддерживать белорусов. Я считаю, что это очень важно. Санкции — это плохо, санкции — это удар. И для того, чтобы удар был не по людям, нужно думать о том, как параллельно всегда должен идти пакет поддержки белорусского общества. Как вы, кстати, думаете? Напишите, пожалуйста, в комментариях, что вы думаете на сегодняшний день про те решения, которые были приняты, и в первую очередь, конечно, про решение белорусской власти покинуть «Восточное партнерство».

Вторая большая тема. Алина Касьянчик, гособвинитель по делу журналистов и надписей недалеко от места гибели Тарайковского, выиграла суд у арендодательницы квартиры. Предыстория такая. Арендодательница предложила выехать Алине. Я так понимаю, решено, что это связано с ее профессиональной деятельностью. В итоге суд, и в итоге ей присудили два года химии. Хочу сказать, что не понимаю Алину. Просто не понимаю, зачем надо было это делать. Квартир что ли в Минске не хватает? Да их огромное количество, снимай — не хочу, как говорится. Неужели ей непонятно, что такие действия только увеличивают озлобленность в обществе.

Вторая история. Андрею Александрову, я его прекрасно знаю, вменяют измену Родине и до 15 лет». Я абсолютно в шоке от этого. Я знаю Андрея. Он человек, который безумно любит Беларусь. В свое время, например, уехал по британской программе учиться, он мог остаться в Лондоне и спокойно жить. Нет, вернулся сюда работать тогда еще с покойным Алесем Липаем и заниматься БелаПАНом. Это прямо вопиющая новость. Знаете, это закручивание темноты.

Все это вместе, конечно, ведет к невероятной неэффективности экономики. Как я уже сказал, лихорадка у нас не золотая, потому что у нас нет золота. Вернее, как бы оно есть, там где-то в запасниках, но все-таки его нет, денег все меньше. Министерство финансов Беларуси исполнило республиканский бюджет в январе-мае с дефицитом в объеме на один миллиард белорусских рублей, что на 250 миллионов больше, чем раньше. В свое время, кстати, Парламенту был представлен дефицит в 600 миллионов, потом они его переписали на 800, теперь это вот уже миллиард. Это то же самое, как Головченко, который нам рассказывал, что будут у нас только 3% ВВП потери от санкций, как будто бы санкции — это два конкретных решений, а не вся эта атмосфера нежелания сотрудничать с официальной властью, с предприятиями, которая распространяется на всю страну. Вот то же самое происходит сейчас с бюджетом. На самом деле сегодня никто не знает, с каким бюджетом мы закончим этот год. Никто сегодня не может предсказать, что нам предстоит, в сентябре, октябре, ноябре. Это валится, как снежный ком. Почему? Потому что предприятия не реформированы, потому что они требуют все больше и больше денег. Эти деньги надо где-то брать, надо их печатать.

Госаппарат требует больше денег. И силовой блок, который привык за последний год хорошо жить, с премиями и так далее, тоже не собирается с этим расставаться. В нормальной ситуации можно было бы сказать: давайте мы разместим облигации на европейском рынке. Но теперь это просто невозможно. Можно было бы попытаться, конечно, пойти в Москву, но там, я уверен, процент будет такой, что мама не горюй. Международные организации точно также не будут сегодня сотрудничать с Беларусью. Другой вариант — сказать: у нас тяжелая ситуация, нам нужны налоговые поступления, давайте дадим максимальную возможность работать предпринимателям. Но предприниматели стали главными врагами.

Мы видим, что раз за разом отменяются льготы и, скорее всего, будут отменены в ближайшее время льготы и ипешникам, и даже, может быть, статуса такого не будет. Мы видим, что каждый день приходят на офис. Например, сегодня пришли в офис компании «Модум». То есть, за продуктами сходили в «Green», за бытовой техникой — в «21 век» сходили, за дверьми в – «Юркас». Теперь пришли за косметикой. Как говорится, надо уже и прихорошиться. Совершенно понятно, что все это ведет только к уменьшению поступлений налогов в бюджет. Мы еще, уверен, не досчитаемся к концу года, и белорусской власти надо будет секретить не только данные о смертности и количестве студентов, которые поступили за границу, но и о количестве налогов, которые они получили, потому что я уверен, это будет очень, очень серьезное падение.

Спрашивают меня: расскажите, к чему приведут валютные ограничения, которые вступят с 9 июля, и спрогнозируйте, что будет с долларом после этого. Я на сегодняшний день не вижу никаких других путей, кроме как печатать, печатать, печатать и печатать. Да, возможно, надо будет подключать все принтеры страны, потому что принтер Нацбанка может, как говорится, не справиться. Белорусскую финансовую систему в течение следующих полугода-года ждут очень серьезные испытания, штормить будет не по-детски, потому что будут расти многократно долги, которые предприятия не способны выполнить, корпоративные и в том числе внешние долги. Это будет ложиться тяжелым грузом на общий наш долг, а денег брать просто неоткуда.

Следующая история тоже про экономику. Нам говорят: экономика развивается, экономика развивается. Смотрите: антирекорд 16 мая. За пять месяцев этого года наниматели приняли на работу 227 тысяч человек, а уволили на 42 тысячи больше. Я уже говорил, что в регионах сейчас самое главное слово – «сдается». Люди не хотят открывать свое дело, а наоборот — закрываются и не собираются вкладывать деньги. Это, конечно, неизбежно ведет к потере рабочих мест. Власть последние годы всегда говорила: «Мы за госпредприятия», но при этом неуклонно сокращала количество занятых на госпредприятиях. Если посмотреть динамику сокращений, то практически на всех госпредприятиях за последние десять лет количество занятых сократилось и очень серьезно. Куда они ушли? Часть уехала за границу, но все-таки абсолютное большинство людей были трудоустроены за счет того, что параллельно, как говорится, на всех парах, развивалась частная экономика, которая строила свой собственный мир. И процесс был контролируемый. Но вот пришла другая история. Сейчас все эти удары по частному бизнесу приводят к тому, что частный бизнес не может обеспечить работой такое количество человек. И вот если в случае с государственными предприятиями, когда они увольняли, людям было, куда уходить, потому что параллельно развивался частный сектор, то сейчас людям уйти некуда, потому что государственные предприятия не способны увеличить штат. К чему это ведет? К давлению рынка труда на экономику. Я напомню, что в стране еще не отменяли декрет о «тунеядцах». Не удивлюсь, если что-то еще и припишут. Увеличение дефицита бюджета, увеличение долгов, увеличение количества безработных — все это ведет к очень серьезному социальному недовольству, которое сегодня и так есть и которое будет повышаться и дополняться экономическими факторами в том числе. Можно ли было действовать по-другому? Конечно же, да… Вот хорошо мне написали: «Рабочие места создаются, когда страна развивается, а если она загибается, то какие могут быть рабочие места?» Ну, могут быть в трудовых лагерях. Мне кажется, это то, к чему, как говорится, пока все идет.

При этом, конечно же, надо продолжать действовать, в этих условиях это нужно еще больше. Нужно показывать, что мы есть. Сегодня мы провели первый онлайн-съезд по учреждению оргкомитета «Нашей партии». Мы полгода назад собрались инициативной группой для того, чтобы создать «Нашу партию», полгода работали, разговаривали, спорили, дискутировали, кого-то находили. В итоге разработали устав, приоритеты программы, сегодня официально провели онлайн-съезд по созданию оргкомитета. Я сегодня пригласил к нам двух гостей, с которыми хочу обсудить их впечатления про этот онлайн-съезд. Это Ирина Фомченкова и Александр Гончар. Сейчас мы их включим к нам.

Д: Здравствуйте. Давайте, ребята, начнем с самого простого. Ирина, какие-то общие впечатления про пройденный съезд сегодняшний? А потом Александр такой же вопрос.
Ф: Впечатления самые положительные, нам удалось сделать то, что мы и планировали. Мы собрали людей — это самое важное. Люди пришли, люди нас слушали, голосовали, что немаловажно. Много энергии, много времени и много усилий эмоциональных, люди вкладываются. Это видно, это чувствуется, и я очень рада, что у нас все получилось, я очень рада, что мы пришли в эту точку, и я очень рада, что мы понимаем, куда мы пойдем дальше. Для меня это важно.
Д: Александр.
Г: Все очень понравилось, съезд был замечательный, все очень хорошо получилось, хорошо вышло. Люди были, люди голосовали, приятно было видеть столько единомышленников, такой единый порыв во всем этом. Такой промежуточный очень хороший итог.
Д: Это общие впечатления. А какие важные моменты вы бы выделили, например, в программе? Что для вас на сегодняшний день было важно, что прозвучало на онлайн-съезде? И второй вопрос: как вам вообще сам формат, ведь это первое в Беларуси такое подобное мероприятие — онлайн-съезд по созданию оргкомитета? Кстати, мы в свое время запросили у Минюста: можем ли мы провести учредительное собрание в режиме онлайн? Ирина, как Вы считаете, сегодняшний опыт показал, что можно проводить учредительное собрание на тысячу человек в режиме онлайн или все-таки нужен оффлайн?
Ф: Это прекрасный формат. Во-первых, он позволяет держаться в какой-то структуре постоянной, не растекаться мыслью по древу, как у нас в чатике юмор ходит. Поэтому это отличный формат, мы прекрасно справились с повесткой, у нас все четенько получилось по расписанию. Нам даже удалось не переругаться по спорным вопросам, несмотря ни на что. Поэтому, что касается онлайн-варианта, я считаю, что сейчас, когда мы должны думать о безопасности людей во всех смыслах этого слова, я надеюсь, что нам это все-таки разрешат.
Д: Александр, все-таки онлайн или оффлайн?
Г: Я за оффлайн, но онлайн, в принципе тоже приемлем, он тоже нужен, особенно в теперешней ситуации. Но оффлайн был бы все-таки более, как мне кажется, интересный. Здесь мы были ограничены регламентом, и наши модераторы, скажем так, нас достаточно хорошо обсекали. Но вот именно живое общение дало бы обсуждение этих же вопросов, наверное, более глубоко, более по-человечески.
Д: Александр, у меня такой вопрос. Я это часто читаю в комментариях, и люди говорят: ну какая партия, тут все горит, все в огне, обыски, суды, штрафы, сроки, сутки? Какая партия? Вот мне интересно, что ты отвечаешь на такое?
Г: Я отвечаю, что партия — это как раз тот самый свет в конце тоннеля, именно то самое окно, которое сейчас доступно и к которому нужно идти. Именно это строение позволяет быть в структуре, быть в тонусе и понимать, что ты делаешь, видеть единомышленников, которые с тобой, и идти именно туда, именно вот к этому свету. То есть строительство партии — это очень правильный шаг, очень нужный и очень своевременный.
Д: Ирина, ты предприниматель, в Беларуси бизнес старается держаться или старался держаться от политики подальше. Скажи, пожалуйста, почему ты сегодня решила быть в партии, как ты себе это объясняешь?
Ф: У меня вопросов не было, вообще не было никогда. Я это делаю, потому что вижу будущее, которое может быть при моем участии и без моего участия. И я понимаю, что если мы сейчас не построим страну, в которой предпринимателя уважают, предпринимателя слушают и не считают предпринимателя, как бы это помягче выразиться, жирным котом, то только в этом случае мы сможем жить хорошо все — предприниматели, люди, которые у нас работают, те же силовики. Ведь это люди, которые просто не понимают, что они живут за наши деньги, за мои, за деньги вот всех вас — тех, кто зарабатывает эти деньги, кто налоги платит. И если нас, предпринимателей, они из страны выжмут, потому что мы какие-то идейные, не такие, денег не останется просто. Кушать будет нечего, ребята. И вот поэтому, понимая все это, я продолжаю оставаться, я продолжаю идти дальше, потому что каждый человек важен.
Д: Спрашивают, сколько сегодня собралось у нас людей на съезде. По-моему, порядка 70 или 60 человек нас было сегодня на съезде. Надо сказать, что это все-таки эксперимент, потому что многие говорили, например, не работает ссылка. То есть это был эксперимент и технический, такого, еще раз говорю, раньше не производили. Поэтому — да, к сожалению, не все дошли.
Ф: Я могу сказать, что у нас есть, куда расти в плане организации. Вот буквально последние дни позволили увеличить количество участников, и, соответственно, на будущее это прекрасный нам пример, где мы можем привлечь еще людей на наш съезд.
Д: Оксана нам пишет: «Почему так сложно было попасть на онлайн-съезд? Я в обиде». Оксана, учтем, будем стараться делать, чтобы это было проще, хотя там было условие, нам нужны будут данные, которые мы официально должны собирать. Вот говорят: «Партия сегодня, может быть, единственная безопасная возможность вылезти с кухни». Да, совершенно верно. Хорошо, спасибо большое, у нас были в гостях Ирина и Александр, которые, можно сказать, со съезда на стрим. Поздравляю с созданием оргкомитета «Нашей партии», и всем нам плодотворной работы впереди.

Друзья, обычно я заканчиваю стрим Минутой Солидарности, когда говорю, с кем солидарность, зачитываю письма. Но сегодня говорить буду не я. Сегодня вместо меня Минуту Солидарности проведет выпускница юридического факультета, которая, как мне кажется, прекрасно сказала, а главное показала, что люди хотят быть людьми, люди хотят быть уважаемыми, люди хотят жить в современной стране, где они и государство друг другу доверяют и где безопасность означает работающий закон. Поэтому на этом я сегодня буду завершать этими словами наш «Вечерний стрим». Я хочу сказать, что лихорадка обязательно пройдет, лихорадка обязательно закончится, наш организм, наше государство будет здоровым, благодаря нашим с вами усилиям. Если этих усилий не будет, то лихорадка сделает только одно — организм сгорит.

«Вечерний стрим» и «Итоговый стрим» уходят в отпуск на две недели. Но будут на моем канале появляться видео про разные темы актуальные. Пожалуйста, следите за обновлениями. Увидимся ровно через две недели на «Вечернем стриме» с Андреем Дмитриевым. А теперь Минута Солидарности.


0 комментариев

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *