«Спецоперация по принудительной посадке авиалайнера в минском аэропорту нанесет колоссальный удар по имиджу Беларуси» (видео) - Дмитриев #ЗаПравду

Спецоперация по принудительной посадке авиалайнера в минском аэропорту нанесет колоссальный удар по имиджу Беларуси.

Как противостоять инициативе ГУБОПиК по признанию бело-красно-белой символики нацисткой.

Лукашенко начал готовиться к очередной поездке к Путину.

Выводы из поездки в Оршу и встреч с местными жителями.

Всем добрый вечер, итоговый стрим, меня зовут Андрей Дмитриев. Как всегда, мы начинаем в воскресенье подводить итоги недели. А она выдалась, что называется, невероятной. Мы сегодня обсудим ситуацию с задержанием Романа Протасевича, инициативу ГУБОПиКа признать бело-красно-белый флаг экстремистским символом. Обсудим идею отменить выборы и что это означает в перспективе, когда нам ждать референдума. Поговорим немножко про будущую поездку в Москву Александра Лукашенко, ну и, конечно, расскажу вам про нашу поездку — я был на этой неделе в Орше, и скажу тоже мои впечатления, поделюсь интересными наблюдениями.

Как всегда, напомню, что вы можете поддерживать «Вечерний стрим» лайками, вы можете поддерживать «Вечерний стрим» репостами и донатами. Это все позволяет нам делать нашу работу лучше. Это все позволяет сделать так, чтобы как можно больше людей услышали правду.

Начну с грустного момента. У нас обычно с вами есть минута солидарности, когда мы говорим слова солидарности, когда я зачитываю письма, но сегодня вот так получается, что второй стрим подряд вместо минуты солидарности будет минута молчания, минута памяти про Витольда Ашурка. Пятидесятилетний оппозиционер, признанный политзаключенным, скончался в колонии. Его близкие говорят, что никаких проблем с сердцем у него не было, следственный комитет говорит, что направил там какого-то следователя в колонию для разбирательств. Что сказать? Только одно: мы будем помнить. Витольд Ашурок написал великолепную фразу: «Ці могуць незнаёмыя людзі быць сябрамі? Могуць, калі яны беларусы». Давайце будзем сябрамі і, калі ласка, хвіліна маўчання ў памяць нашага земляка Вітольда Ашурка.
(Мінута маўчання)

Дзякуй вялікі.

Конечно, главная новость — это ситуация с Романом Протасевичем, и я сразу скажу, что, конечно, для меня это все выглядит как абсолютная спецоперация. Официальная линия такая. Значит, сначала было сообщение, что этот рейс сообщил о ситуации, что борт якобы заминирован. И, соответственно, ему предоставили возможность приземлиться в Минске. А для того, чтобы обеспечить его безопасность, в небо были подняты МИГ-21 и вертолет. Потом, значит, вторая история. Минобороны сообщает, что командир борта принял решение лететь в Минск самостоятельно. Хотя, надо сказать, что на всех картах видно, что самолет находится гораздо ближе к Вильнюсу, чем к Минску. Это то, что мы имеем по официальной линии.

Самолет приземляется в Минске, из него выводят пассажиров, чтобы просмотреть, правда ли борт заминирован. Его уже там ждет огромное количество машин МЧС. МЧС делает сообщение, что они получили информацию о минировании в 13-09. Это очень важный момент. Интересно, кстати, от кого получили? Пока на этот вопрос ответа нет. Так вот, они получают эту информацию, соответственно, ждут, людей выводят из самолета, и было сказано по официальным сообщениям, что при повторной проверке документов был задержан Роман Протасевич. Для тех, кто не в курсе, хотя думаю, что все мои зрители в курсе, Роман Протасевич был одним из редакторов телеграм-канала, который объявлен экстремистским, и он является обвиняемым сразу по трем уголовным статьям. Самая жесткая статья — это организация массовых беспорядков, по этой статье санкция максимальная — до 15 лет. Это то, что на сегодняшний день, скажем так, в каком-то худшем сценарии грозит Роману Протасевичу. Это официальная линия, еще раз. Теперь давайте посмотрим, какие есть другие источники. Значит, сам Роман, еще находясь в Афинах, пишет знакомому, что «за мной кто-то следит». Он описывает этого человека, говорит о том, что этот человек пытался сделать фото его документов. Понятно, в аэропорту же все в масках, то есть пытались убедиться, и когда они убедились, что он сел на этот самолет, уже вот включилась эта операция. По сообщениям людей, которые летели вместе с Романом, когда их вывели из самолета, его сразу отвели в сторону, вытряхнули его вещи. То есть это была целенаправленная акция, прекрасно знали наши силовики, кто находится в этом самолете. Это спецоперация, которая проведена, которая была подготовлена, которая была запланирована.

Здесь сразу возникает несколько вопросов. Важный вопрос — как получалась информация. Вот уже было сообщение, например, что информацию о том, что на борту находится возможная угроза, пилоты получили от диспетчера. Соответственно, диспетчеры приказали пилотам лететь в Минск. И по правилам пилот, находясь над территорией этой страны, обязан подчиниться. Другое дело, что поднятый военный самолет оказывал сопровождение. Де-факто это — принуждение к посадке. Это, безусловно, сигнал всем тем, кто сегодня уехал. Понятно, что точно такими же рейсами, например, я уверен, регулярно летает и Светлана Тихановская, и Павел Латушко, и многие другие, кто сегодня включен в список угроз для нашей власти. И получается, что де-факто теперь такие полеты для них просто невозможны, потому что любой самолет вот так может быть остановлен. Да, летать над Беларусь чревато.

Какие это будет иметь долгосрочные последствия? Они будут достаточно серьезные. Уже прошла международная реакция. Европейские политики совершенно единогласно говорят про то, что это чуть ли не акт международного терроризма. МИДы Австрии и ФРГ потребовали независимого расследования. И, я бы так сказал, если был лучший способ белорусской власти подготовиться к заседанию завтра Евросовета, где должен был рассматриваться белорусский вопрос, вопрос о санкциях, то попали в международную повестку сто процентов.

Выводы, которые мы можем уже сделать на сегодняшний день. Первое. Никто не в безопасности. Белорусские спецслужбы, возможно, не одни, в данном случае я имею в виду, конечно, Россию. Мы уже видели примеры сотрудничества, когда захватывали в Москве Федуту и Зенковича. Так вот, белорусские спецслужбы находятся на территории Европейского союза, могут там находиться, вести там по сути оперативную деятельность, потому что слежка, фиксация и так далее — это все оперативная деятельность, и, соответственно, де-факто, я бы так сказал, продолжать работу по этому списку «врагов народа», который они утвердили. Второй вывод. Я думаю, что это повлечет еще более серьезную изоляцию Беларуси. Я уверен, что это приведет к изменению маршрутов полетов, высказано предложение вообще запретить белорусским компаниям летать над Европой. Эта акция, чтобы сейчас не было сказано дальше официальными властями Беларуси, она белорусскую историю вывела из национальной темы, если хотите, на европейский уровень.

Теперь для Европейского союза, для политиков Европейского союза, для, в том числе, силовых структур стран Европейского союза то, что произошло сегодня, делает, скажем так, белорусский вопрос вопросом безопасности для своих граждан. Уже даже не для белорусов, а именно вопросом безопасности для своих граждан. Ведь на борту был не только Роман Протасевич, на борту было сто, по-моему, двадцать человек — это граждане уже других стран. И теперь эти граждане могут сказать: «Слушайте, почему вы не обеспечиваете нашу безопасность? Мы находимся на борту самолета, который принадлежит европейской компании, осуществляем внутриевропейский перелет, и получается, мы находимся в опасности». Так что теперь это вопрос общеевропейский, теперь его будут решать, конечно, на общеевропейском уровне для обеспечения, еще раз повторю, безопасности своей страны. Ну а то, что Роман успел написать, что за ним следил конкретный человек во время посадки в Афинах — это тоже большой вопрос уже и к спецслужбам европейских стран.

Хорошо ли это для нас? Нет, это, безусловно, будет для нас крайне негативно, потому что это будет означать более серьезные истории — это будет означать и более сложное получение виз, когда там Ковид, наконец, уйдет, это будет означать и совсем другую систему отношения к безопасности. Беларусь подается идеологами как страна, которая абсолютно безопасна. И вот сегодняшняя акция это фактически ставят крест на этой идее.

Мне пишут, что «ему все равно на изоляцию», имея в виду Лукашенко. Вы знаете, возможно, прямо сейчас вы и правы, ему все равно. Но вот он летит на следующей неделе в Россию на переговоры, и тут уже не все равно. Потому что чем больше белорусская власть не способна разговаривать с Западом, тем жестче требования к ней со стороны Кремля. Примером является, напомню, недавняя история с нефтью, когда российские компании, хотя могли это легко обойти, взяли и сократили поставки нефти на белорусские НПЗ. Для чего? Для того, чтобы давить по вопросам ценообразования, по вопросам логистики и многим другим вопросам.

Конечно, мы еще ждем, что нам расскажет экипаж, мы ждем официального заявления от компании RyanAir. Мы, безусловно, еще услышим рассказы большого количества людей, которые были на борту. Будет ли международная комиссия по расследованию этого факта, приедет ли эта международная комиссия в Беларусь, получит ли она доступ к информации? Эта комиссия как раз-таки могла бы задавать все эти вопросы. От кого МЧС получил, например, информацию в 13 часов? Кто передал информацию в Минобороны? Мы знаем, что сам Александр Лукашенко принял решение про МиГ. Правда ли, что на МиГе были ракеты «воздух-воздух»? Зачем они там были, если цель этого МиГа сопровождение? Как говорится, много вопросов, и никто в Беларуси, я уверен, не способен это узнать, а вот международная комиссия смогла бы, поэтому в ближайшее время будем за этим следить.

Безусловно, это наносит очень серьезный удар имиджу страны. Имидж выстраивается десятилетиями. И, конечно же, нам еще долго придется убеждать международное сообщество, что Беларусь мирная страна, что белорусы мирные люди, что здесь, например, работает закон, что сюда можно инвестировать деньги. Все то, что происходит сегодня, конечно, только отпугивает от Беларуси. Я уверен, что даже тот ничтожный туристический поток, который был, он еще больше сократится.

Вторая новость этой недели, к которой хочу перейти. ГУБОПиК предложил признать бело-красно-белый флаг экстремистским или даже нацистским. Предыстория такая, что вот этот флаг использовался коллаборационистами во время Второй мировой войны. И тогда, конечно, вопрос: а как они рассматривают, например, современный флаг Российской федерации, который также был использован власовцами? Многие, кстати, флаги других стран — будут ли они включать и их в список? Это же закон, у него должен быть какой-то единый порядок. Если мы говорим, что все флаги, которые использовали коллаборационисты во время Второй мировой войны, мы считаем нацистской символикой или экстремистской символикой, то тогда это не только бело-красно-белый флаг, тогда как бы все флаги подпадают под такое решение. Будет ли принято такое решение? Я думаю, что озвучивание ГУБОПиКом этого в публичном пространстве делается, в том числе, как инструмент давления для продвижения этой идеи. Это означает, что решение еще не принято, это означает, что идут внутренние обсуждения этого вопроса, это означает, что мы с вами должны обязательно высказывать свою позицию, свое несогласие. Как это делать? Очень просто. Открываете портал Совета министров, открываете вкладку «электронные обращения» и пишете: «Я, такой-то такой-то, против того, чтобы признавать бело-красно-белый флаг экстремистским и так далее…» Простая акция, простое действие, три предложения, но эти предложения крайне важны. Когда мы как-то с вами заявляем свою позицию, только тогда с ней думают, что делать. Если мы молчим, то неизбежно все молчащие записываются как те, кто поддерживают все то, что происходит.

Следующая новость недели про то, что в этом году местных выборов не будет. Для меня большой, конечно, вопрос, а будет ли все-таки референдум. В целом считаю, что власть не хочет проводить референдум. Уверен, что этот вопрос будет каким-то образом обсуждаться на предстоящей встрече в Москве Александра Лукашенко и Владимира Путина. Уверен, что, конечно же, Москва хотела бы, чтобы референдум прошел как можно быстрее, местные выборы, понятно, им все равно, а вот референдум они хотят увидеть. Эксперт Андрей Поротников считает, что они хотят увидеть и референдум, и очень быстро после референдума новые президентские выборы. И в этом смысле я думаю, что здесь мы должны быть готовы вот к чему. Если референдум все-таки будет, то он будет не тогда, когда нам его обещают. То есть если нам говорят, что референдум в феврале, надо быть готовым, начиная с сентября, к тому, что попытаются сделать референдум максимально быстро. Посмотрим, какой все-таки проект они выкатят.

Лукашенко, конечно, готовится к поездке в Москву. На этой неделе было несколько решений. Дали задание правительству привлечь через Московскую биржу, через государственные облигации займа 1,3 миллиарда долларов. Это говорит о нескольких вещах. Во-первых, что на какие-то серьезные кредиты со стороны России, Кремля вообще не рассчитывать. Во-вторых, что больше негде размещать, Россия осталась единственным местом, где могут какие-то получить деньги. Все остальные просто отказываются. Интересно, кстати, что это касается не только Запада, но и Китая, например. Мы не видим, чтобы Китай как-то спешил помочь белорусской власти в тяжелое время. На словах поддерживают, но, как говорится, табачок врозь.

Последняя история на сегодняшний день. Мы съездили в эту субботу в Оршу, встречались с людьми и говорили про работу в регионах. Мне очень понравилось. Конечно, депрессия, конечно, страх от того, что творится, что просто ни за что ты можешь пойти на сутки или даже хуже. Но при этом люди все равно хотят действовать, люди все равно понимают, что так, как есть, быть не может. Ведь Орша — это район, по которому подписан специальный декрет. За это время должны были в разы вырасти количество ИП, в разы вырасти количество самозанятых, какие-то частные и государственные инициативы. Ничего этого нет. Люди горят, люди хотят действовать, хотят открывать свои бизнесы, хотят помогать друг другу, хотят реально участвовать в решении вопросов и на местном уровне, и на центральном уровне, хотят думать о будущем. У нас была очень серьезная дискуссия, например, о том, как может быть организовано восстановление справедливости и законности в стране. И видно, что это все очень сильно болит у людей. Но пока чиновники считают, что они здесь, на белорусской земле, единственные, кто решают, а наше задание — просто оплачивать их замечательную работу, никакие решения не работают. Максимум, как говорится, дорогу отремонтировать к приезду начальства, но ничего больше.

Конечно, сегодня мы можем влиять на мало вещей из тех, что делает государство. Но простые вещи можно делать. Писать письма политзаключенным. Можно вместе объединиться и решать вопросы на уровне двора. Можно вместе прийти в общественную организацию или в политическую партию. Несмотря на такую, казалось бы, ужасающую ситуацию, еще очень много инструментов, которыми мы с вами можем воспользоваться, для того, чтобы влиять на друг друга, менять друг друга и таким образом приближать день нашей победы.

На этом сегодня наш итоговый стрим заканчивается. Это была тяжелая неделя, тяжелые новости, и, конечно, это были сложные дни. Но, несмотря ни на что, мы продолжаем действовать. Вместе каждый день. Спасибо вам большое, не забывайте ставить лайки, не забывайте делиться стримом, не забывайте донатить. Делайте все, чтобы действовать. До свидания.


0 комментариев

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *